Исторический

Золотые осколки

Среди бескрайних, выжигающих разум песков пустыни Лиензин, где миражи кажутся реальнее жизни, из небытия проступает легенда о трехстах тысячах лянов императорского золота. Сокрытое в начале династии Мин в забытом богами коридоре Хеси, это сокровище давно превратилось в миф - жестокую приманку, что сводит с ума целые армии. Ходят упорные слухи, ставшие здесь законом выживания: каждого, чья душа отравлена жаждой наживы, ждет участь «лютого духа». Жадность высасывает из людей рассудок быстрее,

Принцесса Чжаоян

Для Шэнь Сяо, сына казненного простолюдина, путь наверх лежал через изнурительные императорские экзамены. Годы лишений и зубрежки трактатов должны были увенчаться званием лучшего цзиньши, открывающим двери в святая святых - Ведомство наказаний, где он надеялся найти следы убийц своего отца. Однако столица встретила его не ароматом благовоний с экзаменационного двора, а тяжелым духом дворцового порока: вместо рекомендательного письма от столичных чиновников юноша получил лишь холодную пустоту

Цветы расцветают в роскоши

В древнем Китае, где честь семьи ценилась выше жизни, молодая женщина по имени Фу Тинъюнь росла в роскоши и строгости традиций. Её судьба была предопределена: стать инструментом для возвышения рода через выгодный брак. Но накануне обручения её жизнь рухнула - лживые обвинения в тайной связи с кузеном бросили тень позора на весь клан и поставили под угрозу не только репутацию, но и саму свободу девушки. Отчаявшись найти справедливость среди родных, которые готовы были пожертвовать ею ради

Империя как выкуп

Десять лет назад, в кровавом месиве дворцового переворота, среди груды остывающих тел молодой император Ин Гуа разглядел едва теплящуюся жизнь. Он вытащил из-под мертвецов грязную, израненную девочку по имени Мэн Тинхуэй, чье имя тогда не значило ровным счетом ничего. Никто при дворе и представить не мог, что спасенная сирота однажды станет первой женщиной-ученым академии Ханьлинь - постыдной аномалией для консервативных мужей государства, которые видят в ней лишь безродную интриганку, готовую

И вспыхнуло пламя

Шанхай времен Китайской Республики задыхался в пороховом дыму и шелесте шелка, но для приемного сына военного губернатора Мужун Цин И воздух родного дома был пропитан лишь запахом страха. Долгие годы он терпел ледяную жестокость отца, чья рука не знала жалости ни на поле боя, ни в собственной гостиной, пока однажды глухой ночью отчаянный побег не привел его к ветхим докам. Там, под проливным дождем, юная Жэнь Су Су спасла ему жизнь, укрыв беглеца от погони, но эта мимолетная милосердная

В погоне за нефритом

Однажды Фань Чан Юй, дочь мясника, и Се Чжэн, юноша из знатной семьи, который лишился всего и теперь жаждет отомстить за старую обиду, сталкиваются в метель. Случай неожиданно сводит эти два разношерстных одиночества под одной крышей, хотя у каждого за плечами свои причины. Чан Юй, оставшаяся сиротой, пытается выбиться в люди и стать главой рода, а Се Чжэну нужно скрываться под чужим именем, чтобы распутать клубок давних преступлений. Девушка нашла его в снегу без сознания и притащила к себе,

Расцвет силы

Пепел сожженного поместья еще не остыл, когда угасло сознание Гу Цинчжи. Для всего мира последняя наследница могущественного клана пограничья умерла в ту ночь - растоптанная нежная роза, ставшая лишь безымянной жертвой кровавой резни. Но пробуждение пришло не в загробный мир, а в шелка и ароматы сандала чужих покоев. Открыв глаза, она увидела в бронзовом зеркале лицо принцессы Шэнь Сихэ, дочери наместника Северо-Запада. Память подсказывала горькую истину: эта девушка была слаба, избалованна и

Птичья кость

Империя, еще недавно казавшаяся монолитной скалой, дала глубокую трещину. Пока законный правитель Дайю пытается удержать ускользающие поводья власти, по всей земле вспыхивают мятежи, и из пепла всеобщего хаоса поднимаются военачальники со своими армиями. В этот час на северные рубежи прибывает Сяо У И - главнокомандующий Северной армии, чье имя внушает ужас врагам, а взгляд не оставляет места для жалости. Расчетливый стратег, лишенный сентиментальности, он понимает, что сталь клинков не сможет